12 февр. 2014 г.

Улица Судейко в поэтических отступлениях

Пролог

Однажды мне пришлось объяснять знакомому ленинградцу, у которого на слуху были их старопитерские Мойки и Фонтанки, что Судейко — это не Судейка. Это фамилия такая, как говорил Кот Матроскин. А до переименования эта улица называлась Донецкой.

Пролетая над улицей Судейко. Фото, сделанное дроном.
Экспозиция

Звучит глупо, но свою поэму о событиях 1905 года в Горловке я начал писать только потому, что в моем "творческом портфеле" не было ни одного произведения, посвященного нашему городу. Решил галочку поставить. А то поэт я вроде бы горловский, а про Горловку - ни строки. Задумался, о чём же (для галочки) написать, и решил, что Горловское восстание 1905 года - одно из самых драматических событий в истории города - самое оно. Стал собирать информацию, читать и... - меня захватила история наших мест.

Поэма писалась не быстро - года полтора, потому как я постоянно отвлекался на другие, не связанные с 1905 годом исторические документы. Правда, по сравнению с 25 годами, а именно столько о тех же событиях писал поэму "Дружины" Павел Беспощадный, мои полтора года кажутся одним мгновением.

Но об этом будет отдельная песня.

Улица Судейко в зимних украшениях.
Действие

Но потом мне подумалось. Да, у меня не было стихов, посвященных Горловке. Формально - не было.

Имелись поэмы, где явно или неявно фигурировали Спарта и Троя, Иерусалим времён Иисуса и Иуды Искариота, просто сказочные городасказочные же (и не сказочные) герои, странствующие философы. И собственно имени Горловки, действительно, в моих стихах найти невозможно, но город там присутствует: в виде каких-то образов, сценок, полунамёков и аллюзий. И чаще всего в виде образов, связанных с улицей Судейко - улицей, на которой я живу. 

Когда я писал, например, такие строки: 
На город дождь идёт стеной,
       Вздыхает громом,
Сверкает молнией-стрелой
       Над самым домом.
Клубятся тучи надо мной,
       Их дождь колеблет.
На город дождь идёт стеной,
       А город дремлет. -
мне представлялись конкретные крыши, над которыми клубились эти самые тучи, - крыши моей улицы.

Крыши домов на Судейко. Мне они виделись несколько по-другому, а так их видит дрон.
Следующее восьмистрочие - описание Судейко 90-х:
Осень. Вечер. Угрюмая улица.
В энергетическом кризисе
Фонари отвратительно щурятся,
Словно бес от строк катехизиса.
Спотыкаясь, прохожий ругается -
Полумрак грозит ему травмами.
Свет с трудом сквозь листву пробивается,
На асфальт ложась криптограммами.
Зимняя Судейко по-своему симпатична.

А эти строки, навеянные хайку Иссы Кобаяси, писались с визуализацией в голове почему-то не одного, а двух судейковских клёнов: одного - растущего за нашим домом, а другого - чуть дальше по улице.

                                   Сегодня утром
                                   Тихонько упал на землю
                                   С дерева лист.
                                                 Исса

Облетает листва с удручённого клёна,
      С отвращением падая в грязь.
Беззащитно стоять будет клён обнажённый
      До весны, никого не стыдясь.
И когда новый лист, закружив над землёю,
      Упадёт, не задев никого,
Мир, охваченный глупостью и суетою,
      Не заметит паденья его.

Когда улицу не украшают зелень или снег, она такова - блёкла и неинтересна. Кадр из видео, снятого дроном. Видео ниже.


Таким один из судейковских домов увидел Verter.



Улица неподалеку от Горловского РЭСа от Argo73.





Развязка

Были и другие горловские места, которые каким-то образом "безымянно" проявились в моих стихах. Вот два примера.

Герой поэмы "Так говорил Петрович" своё "служение" начал в пивнушке на улице Горького, которую раньше называли "Стекляшка" или "Аквариум". По крайней мере, эту пивнушку и ее "персонажей" я представлял себе, когда сочинял данную главу. Сейчас в этой "стекляшке" строительный магазин.

Пиршество "модненького поэтишки" из другой главы поэмы проходило (в моей голове) в ресторане "Дружба" на улице Комсомольской. Почему-то представлялся именно этот ресторан. А вот "поэтишка", к слову, у меня ни с кем конкретным не ассоциировался.

Эпилог

О Степане Владимировиче Судейко, Герое Социалистического Труда, чьим именем названа улица, можно прочесть по ссылке.

Судейко С.В.
Он более 10 лет был первым секретарем Горловского городского комитета партии. До и после своего "секретарства" занимал разные значимые городские должности. То есть был видным человеком в Горловке. Почему его именем названа такая маленькая (менее 1 км) и непрезентабельная улочка, не знаю. Наверное к 1975 году - году смерти Степана Владимировича - его заслуги подзабылись городскими властями.